О немецкой овчарке нового русского (статья 2).
Группа: Лабрадор ретривер
...Ни Киву, ни Агруса, ни тем более 3,5 месячного Акелу не пришлось учить следовой работе! Они искали, потому что были заинтересованы в своих хозяевах и хотели их найти.
Я рассказала эти случаи хозяину овчарки, а потом прибавила: - Вашу собаку не нужно учить брать след, она это умеет от рождения. Нужно сделать так, чтобы ваша собака захотела найти ваших детей. Для этого нужно, чтобы вы и ваша семья были ей полноценными хозяевами! Поэтому заниматься со своей собакой должны вы, а не я. Мужчина недовольно нахмурился. - Но предыдущий дрессировщик ведь занимался с ней сам, и ничего. Не стала она его собакой! Она нас любит, нас слушается и нам радуется. Ну что ж. Время пришло. Я приготовилась к любой его реакции и сказала: - Давайте теперь я вам расскажу своё впечатление о вашей собаке. - Давайте. - Ваша собака, конечно, ещё молодая, но ей всё равно пора быть гораздо увереннее в себе. Она похожа на ребенка отличника: чрезмерно послушная, но сама боится сделать лишний шаг – вдруг ошибется. Тут я несколько секунд помолчала, оценивая, стоит ли продолжать дальше. Хозяин молчал, и я продолжила. - Она всегда стремится держаться от вас на расстоянии – так у собак проявляется стремление к самостоятельности. Хозяин овчарки и здесь промолчал. Честно говоря, я тогда еще не решила – будем ли мы работать, или нет, и поэтому я очень сильно смягчила свои впечатления о его собаке. На самом деле правда была более неприятная: очень робкая собачка, затюканная (простите за нелитературное слово) вусмерть. Хозяин слишком авторитарен, он стремится контролировать её во всем и запрещает ей даже самое естественное собачье поведение – понюхать подошедшую к ним меня. Как она сможет решиться после этого его охранять?! Если ей даже нельзя самостоятельно принять решение понюхать человека. Но с охраной ладно, про охрану позже. Авторитарность хозяина приводит к тому, что собака стремится находиться подальше от него. Собаке комфортнее находиться на расстоянии от хозяина. А самостоятельность тут вот причем. Чем собака дальше – тем ей легче сделать вид, что она не услышала какую-то команду, и вообще – чем дальше от хозяина, тем больше свободы. Вот она к этой самой свободе и стремится. - А то, что она вас любит и радуется больше, чем дрессировщику, вполне могло возникнуть на контрасте, – продолжаю я. – Я очень хорошо знаю, насколько жесткий этот дрессировщик. И если только есть выбор - собака всегда будет стремиться к тому, с кем ей легче. В вашем случае скорее всего сработал принцип «плохой и хороший полицейский». - Может быть, может быть... – проговорил хозяин, понимающе кивая. Глядя на него в эту минуту, во мне даже зародилась надежда найти взаимопонимание. - А вы, значит, хороший полицейский? – спросил он меня, улыбаясь. - Да, я – хороший полицейский. И по-другому уже не умею и не хочу работать. А собака будет считать хозяином того, с кем ей становится легче. И не дай Бог, это буду я! Реакция хозяина овчарки искренне меня позабавила. - Это вы самовлюблены! – воскликнул он. Неужели вы думаете, что вы такая особенная, что собака к вам обязательно привяжется больше, чем к нам? И поскольку я молча улыбалась, он продолжил свою мысль. - Если вы имеете ввиду пэттинг – всякие там почесывания, то я против. Бить её я не позволю, но просто держитесь отстраненно, и всё. «Как же всё просто в вашем представлении!» - подумала я, но ничего не сказала вслух. Я вообще в этом разговоре больше слушала, чем говорила сама, интуитивно чувствуя, что большая часть моих выводов и предложений будет воспринята в штыки. Поэтому я не стала рассказывать ему о тех случаях, которые мы на профессиональном языке называем «поиск хозяина». Выглядит это следующим образом: собака будто бы «любит» всех. Она очень радуется посторонним людям, тянет к ним при встрече, может лизать лицо и навязчиво приставать к ним. Я помню два таких самых ярких случая в моей собственной практике. Один из них – годовалая сука веймаранера, у которой это поведение исчезло, как только наладились отношения с хозяйкой. Характерно, что хозяйке сразу перестали быть нужны занятия по послушанию, потому что собака стала вести себя адекватно. С ней даже смогла гулять её 9-ти летняя дочка, хотя веймаранер – физически очень сильная собака. А второй случай – 2-х летний бультерьер, который безудержно «радовался» любому встречному, но, по словам хозяина, когда тот приходил домой с работы, пес даже не вставал со своего места. В этих двух случаях у собак даже не было контраста в отношениях со своим собственным хозяином и другим человеком, но нормальные стайные отношения были подорваны со стороны хозяев, это и побуждало собак тянуться к посторонним людям. Был ещё один очень яркий случай. Немецкая овчарка в возрасте 3-х месяцев была продана женщине, которая до этого много лет держала немецких догов. Эти две породы по своей сути диаметральные противоположности. И, по-видимому, хозяйка не смогла принять овчарку такой, какая она была. Я не знаю подробностей, какие именно ошибки она делала. Но так случилось, что с заводчицей овчарки они жили совсем недалеко и гуляли в одном лесу. Так эта щенуля, почуяв в лесу след заводчицы (тоже учить следовой работе её не пришлось), – стабильно сбегала к ней от своей настоящей хозяйки. Так впоследствии Берта и вернулась к своей заводчице, хозяйка сама же её и отдала. Не захотела она продолжать жить с собакой в таких отношениях, а как это изменить она себе не представляла. Противоположный пример – мой Фирин (кане-корсо). Не то, каким он был, а то – каким стал сейчас. Одна моя приятельница, которая никогда не держала собак, как-то призналась мне: «Знаешь, он раньше ко мне тянулся, а сейчас очень чувствуется, что ему стало на меня плевать. Он за тобой ходит, как влюбленный парень, а меня для него как будто нет. Я его глажу – он просто спокойно это позволяет. А раньше он мне радовался». Я не случайно упомянула здесь, что она никогда не держала собак. Это важно, потому что ни собственный опыт, ни общественное мнение не помешали ей увидеть те глубокие внутренние изменения, произошедшие с Фирином в течение всего того времени, как он стал жить у меня. Все эти случаи показывают, что отношения собаки и хозяина намного глубже, чем просто подчинение командам, «дай пожрать», или «погладь меня». Хотя представления многих (к сожалению очень многих) людей и даже профессиональных кинологов об отношениях собаки и хозяина ограничивается этим самым простым уровнем. Когда я разговариваю с хозяевами собак, у меня нередко складывается такое впечатление об их представлениях: собака – это такой прибор с кнопочками, но инструкция к нему потеряна. Поэтому они словно бы нажимают все подряд кнопки наугад (а в их представлении этих кнопок не очень то и много), а если такой подход не сработал – значит, эта конкретная собака оказалась дефектная (чаще всего якобы генетически проблемная). А если вдруг собака наоборот неожиданно отличилась в лучшую сторону – человек начинает думать, что ему по каким-то неведомым причинам досталась такая невероятная собака (собаки ведь не все такие!). Такие хозяева очень любят использовать слово «космос». «Космическая» у них собака будто бы. Особенно к этому склонны те, кто держит диких животных в домашних условиях (лис или волков, например), или собак редких пород. Дикое животное всегда остаётся самим собой со своим индивидуальным характером. Его никогда не удается полностью подчинить своей воле, а поэтому человеку приходится учиться хоть как-то понимать своего зверя и в свою очередь приспосабливаться к нему. А поскольку до реального взаимопонимания во всех этих случаях еще расти и расти – вот и получаются «космические отношения». Космические – то есть непонятные! автор Ирина Мухамедшина.
Все блоги по породе "Лабрадор ретривер"
(30)
Оставить комментарий |
Популярные группы |